написан 8.08.-11.08.2019г.
(Научная фантастика)
– Тебе доводилось когда-нибудь бывать в параллельном мире, Серж? – спросил меня мой друг Алекс (так я коротко зову Александра, он же любит звать меня Сержем или Серегой), когда мы сидели с ним в пиццерии, что рядом с магазином «1000 мелочей» и неподалеку от метро.
Я как раз откусил изрядный кусок пиццы и собирался запить его такой же изрядной порцией колы. Но услышав вопрос друга, чуть не подавился. Наскоро прожевав кусок и проглотив его, я с удивлением воззрился на друга и ответил:
– Нет, конечно, нет. Это ведь только домыслы ученых и не более того. Ты шутишь?
– Ни в коей мере, – серьезно ответил мне Алекс. – Вчера я в одном из таких миров побывал. Именно в параллельном мире. Веришь?
– Да ладно тебе. Небось, хватил лишка горячительного, вот твой разум в своих фантазиях и перенес тебя в оный мир, который, как тебе показалось, ты увидел в реалии. Разве не так все было? Ну, сознайся? – чуть насмешливо спросил я.
– Я с некоторых пор не пью, – почему-то с грустью в голосе сказал Александр.– И уверяю тебя, что я был абсолютно трезв. Знаешь, параллельные миры существуют. Во всяком случае, один – это точно.
– Ну, и как же ты там оказался? – иронично спросил я.
– Сам не знаю. Вчера вечером я готовился к сдаче экзамена по повышению квалификации на работе. Штудировал учебник по теории машин и механизмов. Ты же знаешь, я…
Я перебил его:
– Знаю, что ты механик и даже знаю, где ты работаешь. – Я коротко рассмеялся. – И еще знаю, что ты один из лучших механиков-наладчиков на работе. Так что, опусти эти подробности. Ну, и?
– Не перебивай, – с легким раздражением в голосе сказал друг. – Машины и механизмы, их работу и ремонт по ним я знаю не плохо. По крайней мере, я так считаю. И теперь вижу, что и ты так думаешь. Что радует. Но моя работа лишь косвенно связана с математикой. Я вовсе не математик, а тем более не кандидат математических наук.
– Ты это к чему?
– К тому, что читая, заметь – внимательно читая учебник, сидя на стуле за столом над которым горела осветительная лампа, я почувствовал, что что-то изменилось вокруг меня. Краем глаза определил: стало светло, как днем. Но за окном же стояла ночь! Я отвел глаза от учебника и обнаружил, что нахожусь вовсе не у себя дома. Вдобавок, я сидел не на стуле, а на какой-то прозрачной, как стекло, но отдающей желтизной, шестиугольной призме. Она же в свою очередь, стояла на абсолютно гладкой с голубизной поверхности, похожей на лед, а если быть точным – на толстенное оргстекло. Но, в отличии ото льда, этот, так сказать «грунт» не был холодным. Не был правда и горячим, лишь слегка теплым, который ощущали ступни моих ног, несмотря на то, что на них были надеты тапочки. Причем я находился под открытым небом, а не внутри какого-нибудь помещения. Я немедленно соскочил с призмы и стал озираться по сторонам. Гладкая голубая поверхность простиралась так далеко, насколько хватало глаз. И хотя она казалась прозрачной, но земли под ней не было видно, как я не пытался разглядеть. Казалось, что из этого стекла или чего-то подобного ему и состоит земная твердь. А еще, на горизонте я увидел нагромождение геометрических фигур, отливающих разными оттенками под лучами восходящего, слава Богу, обычного солнца. Разные это были фигуры: кубы, конусы, цилиндры, сферы, пирамиды. Только им больше подходило название «фигурищи», ибо они были невероятно огромных, даже гигантских размеров. Они высились, словно горы. И судя по всему, это был город, ибо над ним летали такие же огромные и прозрачные шары-сферы в котором сидели и стояли люди, одетые в облегающие серебристые или белые, будто эмалевого цвета костюмы. На головах у них были шлемы тоже серебряных и белых цветов. Лучи восходящего солнца ложились на город, и он играл, переливался всеми цветами радуги. Сияли под солнцем грани геометрических фигур. Это было восхитительное зрелище! Я такой красоты, пусть и математической, никогда не видел в своей жизни.
«Возможно, кто-нибудь из местных жителей сумеет мне объяснить происходящее со мной или чем-то помочь», – подумал я.
Решительно отодвинув от себя ногой призму, на которой сидел ранее, я решил направиться в город. Призма заскользила по поверхности, плавно откатываясь от меня тоже в направлении города.
Сунув книгу, которую я до этого штудировал (она, кстати, не исчезла), я сделал несколько шагов по направлению к геометрическому городу. Но не тут-то было. Поверхность, на которой я стоял, была настолько гладкой, что наш лед в зимнюю пору, в разы уступал ей. Я был в своей обычной домашней одежде – спортивных штанах, клетчатой рубашке и тапочках на босу ногу. Как ты понимаешь, я вовсе не собирался путешествовать по параллельным мирам, к тому же, перелет совершился прямо из моей квартиры совершенно неожиданно. И одеться у меня, не было времени. – Алекс слегка улыбнулся и продолжил: – Я то и дело скользил на этой поверхности, тапочки слетали с ног, а в довершении всей картины, я поминутно падал. За полчаса (так мне показалось, часов то на руке не было) я продвинулся всего на несколько метров от того места, где оказался.
– Так я и вовек до города не доберусь, – сказал я сам себе и остановился. Оглянулся назад и, посмотрев на призму, подумал:
«Быть может, с ее помощью, я сумею достичь цели? Возможно, сидя на ней, я смогу передвигаться, отталкиваясь от стеклянной «почвы» ногой?»
Но тогда мне следовало вернуться немного назад. Хотя я и оттолкнул до этого призму увесистым пинком, но все же она находилась не близко от меня. До нее надо было добраться. Но как? Вновь набивать шишки и синяки? И так немало набил шишек, и ушибленные места слегка ныли. А всему виной — скользкость поверхности и мои неуклюжие передвижения по ней. Тогда я лег на живот и пополз назад. Ползти было не в пример легче, чем идти. Но не так удобно. Да только выбора у меня не было. Я прополз совсем немного и увидел, что расстояние между мной и призмой изрядно сократилось. Складывалось впечатление, что она сама поехала мне на встречу. Будто поняла, что я в ней нуждаюсь.
«А, вдруг, она мыслящее существо? Или робот? Ведь если тут существуют, созданные из геометрических фигур города, то вероятность роботов не исключена», – подумал я.
Поверхность подо мной неожиданно завибрировала и, через секунду я оказался лежащим рядом с призмой.
– Уф, добрался – сказал я, с облегчением вставая на ноги и касаясь рукой призмы. Хотя мое высказывание было не совсем справедливым. Неизвестно кто до кого добрался – я до нее или она до меня. Или стеклянная «почва» помогла?
Я вновь уселся на нее и попытался оттолкнуться от поверхности под нами ногой. Ура, призма легко заскользила по поверхности. Мне даже не приходилось отталкиваться ногами. Призма сама плавно передвигалась в сторону города. Я просто сидел на ней и наслаждался панорамой. С каждой секундой прекрасный город становился ближе. Но что удивительно, нигде вокруг не росли деревьев. Но разве деревья могут расти на стекле? По меньшей мере, и искусственные деревья радовали бы глаз! Но их тоже не было. Ни единой птицы в небе я не увидел, как и ни одного зверя. На небе даже облаков не было. Только яркое солнце поднималось все выше и выше к зениту.
По мере приближения моей призмы к городу — надо мной все чаще пролетали сферы-шары. Люди, находящиеся внутри них, смотрели на меня с любопытством. Я ведь не был одет в серебряную или белую одежду, на голове у меня тоже не было каски или шлема. Для них я, вероятно, являлся диковинкой, как, впрочем, и они для меня.
Наконец, я подкатил на призме к городу и въехал под треугольную арку. Я не ошибся. Это, действительно был город, сплошь состоящий из геометрических фигур. У высокого конусообразного здания стояло много сфер-шаров, из которых выходили и в которые садились люди. Все здания города были прозрачны и, видно было, что находится или происходит внутри них. Я стал рассматривать «внутренность» конуса-здания. Откуда-то сверху, будто из ниоткуда, появлялись сферы-шары. Только они были маленького размера. Они катились вниз по прозрачному, как и все здесь, наклонному конвейеру. По мере спуска вниз – они увеличивались в размерах и, уже у круглого выхода из здания становились такими же большими, как и те сферы, которые стояли у входа. Они проскальзывали в этот выход и выстраивались рядом с уже стоящими сферами. Но все они были пустыми, я имею в виду, что внутри них не было людей. Все это мне напоминало игру «Бинго». Только, как эти сферы увеличивались в размерах, было не понятно. Казалось, что кто-то невидимый надувает их внутри точно так же, как стекольщик выдувает из стекла игрушки. Все не объяснишь и не расскажешь, Серега, — Алекс, вздохнув, посмотрел на меня. – Я сам многого, происходящего там, не понял. Итак, моя призма подкатила к этому зданию-конусу. Издали люди мне казались обычного роста или чуть выше нас. Но тут я увидел, что они не просто выше нас, а на много выше нас и все до единого стройны, даже сухощавы. И еще я понял, что не белые и серебряные шлемы надеты на их головы. Это их собственные волосы сложены в такие причёски наподобие шлемов, которые густо намазаны у кого белой, а у кого и серебряной краской. Все с нескрываемым любопытством смотрели на меня. Все, кроме одного молодого мужчины. Он вроде и не очень был удивлен. Скорее всего, на его лице писалась озадаченность.
И он, этот высокий молодой мужчина (на первый взгляд, наш с тобой ровесник) в серебряном костюме и серебряными волосами, присел на корточки рядом со мной.
– Вы кто? И как здесь оказались? – спросил он меня и улыбнулся.
У него были правильные черты лица, четко очерченные губы, прямой нос и большие голубые глаза. Его можно было назвать красавцем. И брови, и ресницы и даже контур рта мужчины отдавали серебром. Впрочем, губы у него были слегка розовыми, а зубы белыми, как и у обычных людей. Да и кожа была самой, что ни на есть обыкновенной, только ослепительно белоснежной.
– Меня зовут Александр, – ответил я и спрыгнул с призмы. И хотя, по нашим меркам, я достаточно высокого роста – тем не менее, даже стоя во весь свой рост, был меньше этого, сидящего на корточках мужчины.
– Я не знаю, как оказался у вас. Там, где я живу – сейчас ночь, а у вас день, точнее утро, – сказал я мужчине.
– А, так вы из параллельного мира. Вижу и моя призма вернулась. А ведь совсем недавно я ее в параллельный мир отправлял. – Он широко улыбнулся.
– Вас это не удивляет? Все ваши сограждане я вижу удивлены. Но, постойте, откуда вы знаете мой язык? Или вы читаете мысли? – спросил я его.
– Нет, не читаю. Но мы все умеем говорить на всех языках с самого рождения.
Я выронил от удивления книгу по механике, которую держал в руках. Она упала рядом с моей пирамидкой-конем. Он поднял книгу и, мельком взглянув на ее название, протянул мне:
– Вы увлекаетесь механикой?
– Да, ¬– кивнул я, – завтра экзамен должен был сдавать.
– Почему вы сказали «должен был»? Будете сдавать и обязательно сдадите. Или вы думаете, что застрянете в нашем мире навсегда? Вернуться от нас к вам вовсе не сложно. Гораздо труднее попасть от вас к нам.– Он почему-то пригладил рукой свои и без того гладкие волосы.
– Вы не ответили на мой вопрос.
– Какой? – он вновь улыбнулся и на секунду задумался. – Ах, да, – ответил он после мгновенной паузы. – Меня, действительно не очень удивляет ваше присутствие здесь, у нас. В первый момент при виде вас, едущем на моей призме, я опешил. Но с месяц назад я проводил опыт по перемещению тел из одного пространства в другое. То есть опыт по переходу из одного параллельного или смежного мира в другой. Я хотел себя переместить в другой мир. Но опыт не удался. Я никуда не переместился. Но вот эта призма, – он кивнул головой в сторону призмы, благополучно исчезла, то есть переместилась в другой мир. Но тогда я не понял кое-чего. Если призма исчезла – значит, куда-то открылся портал. А теперь вижу – портал перехода из одного мира в другой, действительно открыт. Поэтому вы и оказались здесь.
– И что теперь?
– Я могу отправить вас назад, – ответил он.
– Так вы же сказали, что не смогли даже себя переместить?!
– Себя нет. Но призму переместил и смогу и вас переместить. Я даже знаю, как я должен это делать. Вы же хотите вернуться? – Он вопросительно посмотрел на меня.
– Конечно, но вы ведь даже не знаете в какой мир меня отправить. Или знаете, откуда я к вам прибыл? – Я с легким подозрением уставился на него.
– Нет, не знаю. Но сейчас выясню. Дайте мне, пожалуйста, на минуточку свою книгу, – попросил он.
Я протянул ему книгу. Он взял ее из моих рук, повертел немного, пролистал несколько страниц, не читая, и вернул мне со словами:
– Я понял, откуда вы.
– Как? – Изумился я.
– Для меня по вашей книге стало все ясно. Но как я об этом понял, мне долго объяснять. Да, совсем забыл представиться, меня зовут Астиль. Но, может, перед тем, как вернуться, осмотрите наш город? Погуляете по нему? Я сопровожу вас и многое расскажу о городе.
– Астиль, не сбивай мальчика с толку, возвращай назад, – рядом со мной присела высокая молодая женщина, которая стояла неподалеку от нас, когда мы беседовали. Она была так же красива, как и Астиль. У нее были такие же голубые глаза. Но контуры губ, брови и ресницы были белыми и волосы тоже. И одета она была в отличии от Астиля не в серебряный костюм, а в матово-белый.
– Мне кажется, что мы с вами ровесники. Почему вы назвали меня мальчиком? – спросил я ее.
–Нет, дитя, ты ошибаешься. И мне, и Астилю, и всем нам, находящимся в этом городе, по многу лет. У вас столько не живут. – Она улыбнулась. В отличии от Астиля, она сразу перешла со мной на «ты».
– Так вернуть вас или нет? – вновь спросил меня Астиль.
– Да, возвращайте, – ответил я.
– Тогда садитесь на призму, на которой приехали в город, – посоветовал он.
Я уселся на призму.
– Разгоняй призму, – скомандовал он, окружившим нас людям.
Астиль, женщина и еще несколько людей пригнулись и, уцепившись, за края призмы стали ее толкать точно так же, как толкают санки. Они бежали все быстрее и быстрее в сторону выхода из города. В какой-то момент отстали. До меня донесся издалека голос Астиля:
– Счастливой дороги, Александр!
Я хотел оглянуться, но призма неслась с такой огромной скоростью, что я побоялся соскользнуть с нее. Она мчалась все быстрее и быстрее, а потом взлетела в воздух, со свистом разрезая пространство. И я вдруг понял, что лежу у себя дома на полу и прижимаю книгу по механике к груди. А за окнами начинает светать.
– А если тебе все приснилось, Алекс? – спросил я друга.
– Я сначала тоже так подумал. Но в книге нашел записку. На прозрачной, как калька бумаге, серебристыми чернилами было написано: «Удачной сдачи экзамена, Александр!» И подпись: «Астиль». Уж не знаю, как Астиль умудрился написать записку и всунуть ее в книгу, когда у него на это не было времени. К тому же он это сделал так, что я не заметил.
– М-да, – протянул я. – История. А экзамен то сдал?
– Сдал, причем блестяще. Но знаешь, я теперь жалею, что не остался хоть ненадолго в том городе и не осмотрел его. Ведь Астиль предлагал. Я, наверное, зануда. Но, Серж, как бы я хотел вернуться в тот геометрический город, хоть ненадолго! Хоть на несколько минут!
– Возможно, тебе это, однажды удастся, Алекс. И кто знает, вероятно, что шанс представится тебе гораздо раньше, чем ты можешь представить, – сказал я и улыбнулся.
– С чего ты взял? И чему улыбаешься? – спросил меня друг.
– Тебе ведь всегда везло. Значит, повезет и еще раз. А, скорее всего, и не раз. Поверь мне, – ответил я.
А сам подумал: «Надо сообщить Астилю, что Александр созрел для возвращения к ним и для сотрудничества с ними, а также для создания машин и механизмов в геометрическом мире. Ведь без хорошего механика им не обойтись. Уж кому-кому, а мне, бывавшему там не раз, это хорошо известно!»
